Реклама

Новости

Элла Памфилова: главное для правозащитника - принципиальность


Что собирается делать Элла Памфилова как новый уполномоченный по правам человека? Как относится к новому антитеррористическому законодательству и что думает про Украину? Об этом возможный новый омбудсмен рассказала в интервью "Вестям в субботу".


Смотреть видеозапись интервью

- Элла Александровна, вас очень хвалили на встрече с Путиным коллеги-правозащитники, но вот Владимир Жириновский уже заявил, что будет голосовать, скорее всего, против вас. Чем вы хороши? Как вы собираетесь убеждать депутатов Государственной Думы, что вас нужно избрать на должность уполномоченного по правам человека в России вслед за Владимиром Лукиным?

- Логично, что фракция Владимира Вольфовича будет голосовать против. У него есть свои принципиальные подходы, которые отличаются от моих.  Точно скажу, что понравиться всем, угодить всем и говорить то, что каждая фракция будет от меня ожидать, я не буду. Самое главное — оставаться принципиальным человеком, исходя из основного предназначения уполномоченного — Конституции. Важно делать это системно, всерьез, постоянно находясь на обратной связи с людьми. Не уходить от контактов с ними, не бояться этих контактов. Приводить в чувство тех зарвавшихся чиновников на разных уровнях, которые игнорируют эти проблемы. И в то же время, мне кажется, очень важно, чтобы люди наряду с осознанием, как важны для них права человека, понимали, что эти права неразрывно связаны с ответственностью.

- В нашей Конституции говорится о неотъемлемом праве россиянина на личное достоинство. Что бы вы вложили в это понятие?

- Я болезненно воспринимаю, когда в моем присутствии кого-то унижают, чувствуя его слабость. Я полагаю, что человек, в котором есть глубокое чувство внутреннего самоуважения, никогда не позволит себе унизить, оскорбить другого. Я считаю, что это самое главное.

- Вы упомянули свою принципиальность. Вы по принципиальным соображениям некоторое время назад вышли из Cовета по правам человека, а сейчас возвращаетесь на должность уполномоченного по правам человека. Противоречие или нет?

- Нет. Так сложилось. Бывает, что складывается много факторов и ты понимаешь,  что в нужное время и в нужном месте ты можешь делать то, что ты можешь делать, и будешь видеть результат. Тогда я понимала, что события развивались так, что  я должна буду либо изображать деятельность, потому что многие вещи, с которыми я выходила, не и принимались, либо надо честно сказать, что я не могу и ухожу.

- Вы ушли и пришли?

- Да, сейчас я вижу такую возможность.

- Как вы относитесь к последним антитеррористическим предложениям?

- Я вообще за системный подход. От мер, которые сейчас постоянно предлагаются, если параллельно не усовершенствовать работу правоохранительных органов, спецслужб,  эффект будет очень незначительный. Все начинает работать в комплексе, в системе. Надеюсь, что даже с руководителями силовых ведомств мне удастся наладить хорошие отношения, и не только чтобы правоохранительные органы контролировали правозащитные организации, следили за их деятельностью. Важно, чтобы у правозащитных организаций были возможности выявлять тех сотрудников, которые дискредитируют высокое звание сотрудника правоохранительных органов.

- Прав был Путин: кусаетесь. Даже выражение глаз изменилось.

- А я думаю, что это не та должность, где надо всем нравиться. И я полагаю, что президент тоже заинтересован в том, чтобы у него были здоровые, крепкие точки опоры как в лице правоохранительных служб, так и в лице правозащитных общественных организаций.

- На наших глазах развивается ситуация на Украине. Как в таких ситуациях быть?

- Сердце страшно болит. Переживаешь все. Для всех это близкое, родное, потому что во всех нас есть частичка украинской крови. В свое время, когда муж служил там как офицер запаса, жила на Украине с маленьким ребенком. Для меня это в любом случае очень родные и близкие люди, близкая страна. Очень жалко украинский народ,  власти которого не могут защитить его права. Люди в такой ситуации страдают. Многомиллионная Украина, которая не выходит ни на Майдан, ни на другие какие-то митинги, а не знает, что делать в этой ситуации. Радикалы,  провокаторы любой ценой пытаются довести ситуацию до кровавого абсурда. К сожалению, здесь правозащитники практически беспомощны. Единственное, что они могут сделать, -  это честно, откровенно пытаться фиксировать все, что происходит, чтобы информация не искажалась никем, не превратилась в конъюнктурную правозащитную дубинку, которой будет выгодно махать и бить то одну, то другую сторону.

- Абсолютно справедливо. К сожалению, много информационных провокаций.

- У меня много там знакомых живет. Они рассказывают, как много лжи, как много шелухи, конъюнктуры. Ощущение, что всем наплевать на реальных людей, которые находятся в страшной растерянности, очень переживают, абсолютно беззащитны.

- Мы действительно наблюдаем за одним квадратным километром в центре Киева и забываем...

-  Про всю страну! http://www.vesti.ru

 



ОПРОС:
Как телевидение влияет на детей

Архив



Философская проза Ирины Лежава Причитание
Философская проза Ирины Лежава Так сказал Заратустра

 


Прыгающий мяч