Реклама

Новости

Новости Элла Памфилова. Нас ждут сюрпризы?


«Если 30 тыс. человек выйдут на свободу, это будет широкая амнистия»


На минувшей неделе президент Владимир Путин не только внес в Госдуму проект амнистии, но и встретился с ведущими правозащитниками страны. Одна из участниц встречи, председатель организации «Гражданское достоинство» Элла Памфилова рассказала «Профилю» о своем отношении к предстоящей амнистии, а также о том, какое будущее уготовано общественным организациям в России. Ведь в этом году Элла Памфилова стала одним из грантооператоров: в начале декабря она распределила 200 млн рублей между 124 НКО, не побоявшись выделить грант и тем организациям, которые получают иностранное финансирование.

Профиль: Элла Александровна, вы были на встрече с Владимиром Путиным, где обсуждался проект амнистии. Многие правозащитники ставили вопрос о ее расширении. Президент их услышал?

Памфилова: Да, амнистия стала главной темой встречи. Говорили о конкретных людях, и президент пообещал ознакомиться с письменными доводами правозащитников, включая ситуацию с Сергеем Кривовым (фигурантом «болотного дела». — «Профиль»), о которой ему рассказала Елизавета Глинка. Но Путин ясно дал понять, что те, кто осознанно нападал на сотрудников ОМОНа, нанося им увечья, должны отвечать по закону. Если это сходит с рук, то как общество сможет требовать, чтобы эти же сотрудники ОМОНа защищали его от бандитов или экстремистов? Но при этом президент согласился, что должно быть проведено тщательное расследование и невиновные не должны быть осуждены. А по поводу критики проекта амнистии, то что он мог сказать, если проект уже внесен в Госдуму? При этом у меня сложилось впечатление, что Путин услышал многие доводы правозащитников, полагаю, что сюрпризы, связанные с амнистией, вполне вероятны…

Профиль: А масштабы амнистии? Можно ли назвать ее по-настоящему широкой, если она коснется только 25—30 тыс. человек?

Памфилова: Если около 30 тыс. реально выйдут на свободу, то это широкая амнистия. Да, хотелось бы, чтобы она затронула большее число людей. Но вполне вероятно и другое положительное следствие этой амнистии: если общественность будет пристально отслеживать ее ход и соберет факты, подтверждающие, что не все, кто заслуживает, под нее попали, то, исходя из общественного интереса и давления, может созреть решение о второй волне амнистии, которую, надеюсь, не придется ждать еще лет десять. Самое главное — общественность не должна успокаиваться, не должна ослаблять внимания к этой теме.

Профиль: Правильно ли то, что под амнистию попадут далеко не все фигуранты по делу о беспорядках на Болотной площади 6 мая?

Памфилова: Преждевременно делать какие-либо окончательные выводы — еще возможны поправки, и, повторюсь, нас могут ожидать определенные сюрпризы….

Профиль: В начале декабря ваша организация «Гражданское достоинство» выделила гранты таким организациям, как «Агора», «Мемориал» и «За права человека», которые получали иностранное финансирование и, по мнению Следственного комитета, занимались и занимаются политической деятельностью. Вы специально поддержали эти организации?

Памфилова: Конечно. Конкурсная комиссия, председателем которой я являюсь, пошла на это совершенно осознанно. Хотя из 124 организаций-победителей только 36 в прошлом получали полное или частичное иностранное финансирование. Конечно, среди подававших заявки на конкурс их было гораздо больше, но далеко не все оказались в рядах победителей на этот раз. Следующий конкурс не за горами, и мы продолжим наш курс на поддержку таких организаций. Обязательно! Ведь, как законопослушные граждане, они отказались от зарубежного финансирования, чтобы не именоваться «иностранными агентами». И пока вопрос, будет ли каким-то образом изменен пресловутый закон, остается открытым, мы не можем допустить, чтобы эти организации рухнули. Очень важно сохранить правозащитные организации, которые есть в стране. В том числе и те, которые на протяжении многих лет существовали в основном на западные гранты. А что было делать, если государство они раздражали, отечественный бизнес опасался их поддерживать, а для большинства россиян права и свободы до последнего времени в шкале системы ценностей находились на уровне статистической погрешности? И когда я слышу некомпетентное, мягко говоря, осуждение нашего решения со стороны некоторых депутатов от партии власти, то хочу сказать им: других правозащитных организаций у нас для вас нет. Пока нет, поскольку в своей дальнейшей деятельности мы намерены давать импульсы для становления и развития новых правозащитных НКО. Кстати, именно опыт старейших правозащитных организаций в этом процессе может быть весьма востребован. Тем более что от сервильных «правозащитников», которые основной своей заслугой считают умение вовремя поддакнуть высокопоставленному чиновнику или ведомству, нет пользы ни обществу, ни самой власти. Запрос в обществе на защиту прав стремительно возрастает, а правозащитных организаций, способных бороться с произволом в масштабах страны, катастрофически мало. Депутатам, прочим политикам и некоторым ретивым силовикам пора перестать бряцать псевдопатриотическими погремушками — сначала верните домой своих детей, обучающихся на «ненавистном Западе», избавьтесь от зарубежной собственности, перестаньте заниматься «патриотическим рейдерством», откажитесь от офшоров и лишь затем рассуждайте о пользе или вреде правозащитников.

Профиль: Но представители некоторых НКО уже заявили, что не намерены отказываться и от иностранного финансирования…

Памфилова: Не слышала об этом. Но если они не нарушают наши законы и декларируют все свои источники финансирования, у нас нет повода для отказа в предоставлении им гранта. Кстати, все присутствовавшие на встрече правозащитники согласились с президентом, что недопустимо заниматься на иностранные деньги политической деятельностью. Все с этим согласны! Вопрос лишь в том, чтобы четко определиться, что же такое «политическая деятельность» — участие в выборах и борьба за власть или защита политических прав граждан и критика власти за их нарушение? Необходимо уточнить это на законодательном уровне.

Профиль: Но ведь суммы выделенных вами грантов не очень большие — всего несколько миллионов рублей на каждую НКО. Разве на такие деньги правозащитные организации смогут просуществовать год без иностранного финансирования?

Памфилова: Полагаю, та грантовая политика, которую мы намерены осуществлять, будет способствовать и выживанию, и развитию правозащитных организаций. Но им придется быть более открытыми для общества и убеждать людей в значимости своей правозащитной деятельности. Государственные гранты могут способствовать привлечению в правозащитные организации и других средств внутри страны — как частных пожертвований граждан, так и помощи социально ответственного бизнеса.

Профиль: В Следственном комитете заявили о возможном возбуждении третьего уголовного дела в отношении бывшего главы ЮКОСа Михаила Ходорковского, который якобы финансировал экспертов, работавших над либерализацией уголовного законодательства. Вас тоже уже вызывали на допрос в СКР. Как вы оцениваете перспективы этого дела?

Памфилова: Меня вызывали как свидетеля и спрашивали о механизмах общественных процедур Совета по правам человека при президенте, который я возглавляла до июля 2010 года. Правозащитники оппонируют власти, представляя подчас альтернативную точку зрения, иногда кардинально отличную от той, что декларируют государственные органы. Но, как альтернативная точка зрения общественных институтов, она не является обязательной для принятия государственных решений. Президент, правительство, законодатели для принятия взвешенного, объективного решения должны иметь разные экспертные заключения, в том числе и общественные. Ответственность перед законом могут нести лишь эксперты, заключающие договор с госструктурами, если они нарушают обязательства договора. Но возбуждать уголовные дела против общественных и независимых экспертов за их рекомендации, которые решили взять на вооружение законодатели, причем добровольно, — это полнейший абсурд, глупость, доходящая до правового умопомрачения. Обязанность депутатов — изучив разные альтернативные точки зрения, брать на себя ответственность, принимая закон. Экспертных заключений много, и они разные, но на то депутату и чиновнику дана голова и большая зарплата, чтобы думать и находить рациональное зерно во всех этих экспертизах. Трагикомедия какая-то. Получается, что Следственный комитет должен наказать и президента Дмитрия Медведева, который подписывал принятый депутатами закон. С точки зрения здравого смысла комментировать это невозможно.

Профиль: Но если все-таки этому делу будет дан ход, вы рассматривали для себя возможность отъезда из страны?

Памфилова: Что вы, мне некуда ехать (смеется). У меня нет заграничных счетов и заграничной недвижимости. Это моя страна, я не мыслю себя вне России, как и все мои близкие. Хотя все, что происходит вокруг этого дела, у меня вызывает грустную иронию. http://www.profile.ru/

 



ОПРОС:
Как телевидение влияет на детей

Архив



Философская проза Ирины Лежава Причитание
Философская проза Ирины Лежава Так сказал Заратустра

 


Прыгающий мяч