Реклама

Публикации

Борис Титов: «Не надо меня пугать»


Новый омбудсмен верит, что защитит российских предпринимателей от «оборотней в погонах» и жадных чиновников.


«Сегодня 80% уголовных дел в отношении предпринимателей инициируется в ситуации, когда нет потерпевшего. Абсурд полный: есть обвиняемый, но нет людей, которые пострадали от его действий. Зато есть сотрудники полиции, которые могут сесть и написать заявление, что предприниматель мошенник. Начинается процесс, во время которого «оборотни в погонах» либо завладевают бизнесом, либо вымогают взятки. Характерный факт – лишь 40% предпринимательских дел доходят до суда, а остальные 60% «рассасываются» по дороге, то есть "решаются" с помощью денег или имущества, которые вымогаются у предпринимателей. Для сравнения – в делах связанных с физическим насилием (убийство, грабёж, разбой и т. д.) до суда доходит 90% дел», - говорит федеральный уполномоченный по защите прав предпринимателей Борис Титов.


Мы встречаемся в офисе общественной организации «Деловой России», где Титов председательствует с 2004 года. В качестве омбудсмена по защите прав предпринимателей у него ещё нет ни аппарата, ни места дислокации, ни зарплаты. Из разговора явствует, что главные козыри Титова – его собственная работоспособность и обещанная поддержка Владимира Путина, которому омбудсмен, как предполагается, будет подчиняться напрямую. Главными «клиентами» омбудсмена станут средний и малый бизнес, поскольку крупных монополистов у нас никто не трогает (они сами всех достают перманентным повышением тарифов на всё и вся).


- Борис Юрьевич, не так давно в интервью «АиФ» Ирина Хакамада, бывшая при Борисе Ельцине министром по делам малого бизнеса, рассказала, что она полгода (!) не могла попасть на приём к главе правительства. При этом к ней приходили разные люди и предлагали посредничество за определённую мзду. А как сейчас – сложно попасть к первым лицам с предпринимательскими проблемами?


- С 22 июня, момента, когда президент объявил о создании института уполномоченного по правам предпринимателей и назначения меня на эту должность, мы трижды с ним встречались. Президент понимает масштабы проблемы. На последнем съезде «Деловой России» мы разговаривали на эту тему несколько часов.


Идёт постоянный и интенсивный диалог с администрацией президента. Другое дело - не во всём мы сходимся. Не все наши законодательные инициативы там воспринимаются.


- Что-то революционное предлагаете?


- Сегодня у нас в стране 80% уголовных преследований предпринимателей начинается не с заявления потерпевшей стороны, а с заявления людей в погонах. Мы хотим добиться того, чтобы уголовное дело могло начинаться лишь при наличии потерпевшей стороны. Пока же лейтенант милиции может сесть и написать заявление о возбуждении дела против любого бизнесмена. И это при том, что никто к лейтенанту не обращался.


- У вас есть конкретные примеры?


- Недавний случай в Ульяновске. Предприниматель Айзятулов Мукадяс Айсеевич делал дома-срубы и поставлял их покупателям. Но во время прошлогодних пожаров у него выгорел участок леса, где у него была лицензия на вырубку. И он не смог поставить нескольким клиентам срубы. Да, предприниматель не выполнил своевременно контрактные обязательства из-за форс-мажорных обстоятельств, но максимум, что ему грозило – штрафы. И его клиенты, понимая ситуацию, в суд не подавали, они мирно договорились. И, вдруг, местный сотрудник полиции пишет заявление в прокуратуру о начале уголовного дела о невыполнении обязательств по ст. 159 (мошенничество). А мошенничество – это злой умысел, то есть человек заранее разрабатывает некую схему действий. Получается, бизнесмен заранее знал, что из-за пожара у него выгорит лес. И опять-таки – причём здесь полицейский, он же не клиент предпринимателя. Но у него есть такое право - начать уголовное преследование без наличия потерпевшего. Он хочет либо «отжать» бизнес, либо вымогает взятку. И по таким липовым заявлениям в стране в тюрьмах сидят сотни добросовестных предпринимателей. Бизнесмена из Ульяновска нам удалось вытащить на свободу с помощью «Деловой России» и созданной нами организации «Бизнес против коррупции».


- Вы пока упоминали только силовиков. А что – чиновники в стороне о тёмных дел?


- Нет, конечно. Они занимаются отъёмом бизнеса с использованием административного ресурса. Но без силовых структур они этого делать не смогут, не будет инструментария. Приведу другой пример – предприниматель Дмитрий Малов построил в Костроме молочный завод, вложив туда 40 млн. руб. По закону, государство оплатило ему часть процентов по кредиту (1, 5 млн. руб.), который он брал на строительство завода. А потом местным чиновникам понадобилась городская земля, на которой стоит молочный завод. Началась травля. Бизнесмен отказался отдавать завод. И его обвинили в том, что те самые полтора миллиона рублей субсидии он потратил не по назначению. Хотя, вот он - завод. Стоит, работает, молоко производит. Заявление на предпринимателя было написано местными сотрудниками ФСБ. По суду ему дали 5, 5 лет из которых он отсидел 2 года, прежде чем наши юристы смогли его оттуда вытащить. Он снова занимается своим бизнесом. Мы ещё не довели дело до конца, поскольку судимость с предпринимателя не снята, он не оправдан. А мы хотим добиться полного оправдания его самого и его команды – бухгалтеров и других сотрудников, которые были осуждены условно. Мы сумели добиться, что сотрудники ФСБ, которые писали заявление и вели травлю этого предпринимателя, больше в органах не работают, как и судья, которая принимала решение по делу.


В другом случае, в Астраханской области, Ахтубинске , предприниматель Виталий Воробьёв занимался строительным бизнесом, выиграл подряд на строительство объектов для военной части. Конкурентам это не понравилось, мол, бизнес слишком разрастается, и они решили с помощью недобросовестных чиновников и силовиков строительную компанию захватить. Придумали, что во время тендера цены на услуги строителей были завышены. Уже построенные объекты прошли десятки ценовых экспертиз, и ни один эксперт не нашёл криминала. Но предпринимателя по заявлению прокурора всё равно посадили. Напрашивается вопрос: а почему тогда не трогают вторую сторону, военных, которые оплачивали этот якобы завышенный в цене подряд? Военные, кстати, к предпринимателю не имели никаких претензий. Они всем довольны. Опять нет потерпевшей стороны, а человека упекли в тюрьму. Нам и его удалось вытащить из тюрьмы, но бизнес он, по сути, потерял.


Это всё горькие примеры, глядя на которые, у людей пропадает желание занимать активную жизненную позицию, начинать свой бизнес. Молодежь думает: лучше работать на государство. И получается, что в России отсталая сырьевая модель экономики, плюс большинство населения работают либо чиновниками, либо в полиции. Так страна жить не может, должен развиваться реальный сектор экономики. У нас есть крупные компании-монополисты, которых, естественно никто не трогает, и их защищать не надо. Защищать надо средний и малый бизнес. И именно этот сектор может поднять экономику страны.


- Вы с энтузиазмом ринулись в бой. Президент Путин пообещал вам какую-то особую поддержку?


- О том, что у меня будет ряд беспрецедентных полномочий, президент сказал на Петербургском экономическом форуме, когда озвучил моё назначение.


Во-первых, это право останавливать действия нормативных и ненормативных актов, как ведомств, так и чиновников. На практике это означает – закрыли магазин, приходит омбудсмен и говорит: вы несправедливо закрыли магазин, вы просто вымогаете взятку. Я отменяю решение о закрытии магазина, и магазин спокойно работает до решения суда. Или другой случай – налоговая инспекция выставила претензии и сразу же арестовала счета компании. Я буду иметь право сказать: до суда фирма работает, как прежде.


Второе: я буду иметь право представлять в суде интересы не только отдельных предпринимателей, но и неограниченного числа лиц, например, всех молочников России. До декабря закон о статусе федерального уполномоченного по правам предпринимателей должен быть принят Гос.Думой. Я надеюсь, что внесёт его лично Президент. Если раньше «Деловая Россия», помогая бизнесменам, приходила к власти, о чём-то просила, то теперь с новым институтом омбудсмена мы будем требовать.


- На территории от Калининграда до Дальнего Востока за день могут закрыть десять условных магазинов. Как успеть везде?


- Для этого у меня будет региональная сеть представителей, которым я смогу делегировать свои полномочия.


- Какой же у вас будет штат служащих, и как вы будете «фильтровать» заявления предпринимателей, которые будут к вам обращаться за защитой своих интересов?


- Мой личный аппарат служащих, тех, кто будет получать зарплату, составит 35 человек. Но пока его нет. Да и сам я ещё зарплату ни разу не получал.


А что касается фильтров, то первый и главный - определить действительно ли предпринимателя «кошмарят», или сам предприниматель является недобросовестным человеком. Мы же знаем, что у нас есть огромное количество обманутых дольщиков, которые сами стали жертвой бизнесменов. Или случаи, когда предприниматели берут большие кредиты, зная, что не будут их отдавать. И вот на первом этапе надо отделить тех, кто, правда, пострадал, от тех, кто притворяется. Для этого у нас есть Общественный центр «Бизнес против коррупции», который имеет региональные филиалы. Там, на местном уровне и будет происходить первый отсев. «Бизнес против коррупции» - это не государственная, а общественная организация, где юристы и другие профессионалы работают не за деньги (у них нет зарплат), а за идею. В своей работе я буду больше опираться именно на общественные организации. После регионального фильтра дело будет поступать на рассмотрение Общественного совета, куда будут входить, например, известная правозащитница Элла Памфилова, председатель «Бизнес-солидарности» Яна Яковлева, председатель союза потребителей РФ Пётр Шелищ и др. От решения этого совета будет зависеть, встанем ли мы на сторону предпринимателя, будем ли за него бороться. На данный момент уже принято решение помогать 30-ти предпринимателям, чьи дела были рассмотрены Общественным советом, это случаи разной сложности – кто-то уже сидит в тюрьме, у кого-то процесс только разворачивается.


Я также планирую, что у нас появятся на общественных началах, то есть без зарплаты, уполномоченные по делам предпринимателей в отдельных сферах, например, стоит выделить таможню. Если сделать работу таможни прозрачной, бюджет получит огромные суммы. По таможенным проблемам, к примеру, я мог бы делегировать свои полномочия вице-президенту «Деловой России», Виталию Сурвилле, который хорошо в этом разбирается. Другой сектор – разрешение на строительство и налоговая сфера. Здесь тоже будут отдельные спецпредставители, но, повторюсь, не как чиновники, а на общественных началах, но с очень серьёзными полномочиями. И так – по всем болевым точкам российского бизнеса.


- Ради госслужбы вам пришлось отказаться от возможности заниматься собственным бизнесом, связанным с производством в России шампанского.


- Я передал свой пакет в управление сыну Павлу. Признаться, скучаю по своему делу. Бизнес наш развивается динамично, есть много интересных задумок.


- Нет опасений, что ваша активная позиция на новом рабочем месте сыграет в «минус» вашему бизнесу?


- Наоборот. После моего назначения акции компании на фондовом рынке пошли вверх. Видимо решили, раз он уполномоченный по защите прав предпринимателей, то его бизнес, вряд ли тронут.


- Было много комментариев: от нейтральных «мол, мы не ждём от Титова подвигов» до уж совсем критичных: «на самом деле он не бизнес будет защищать, а власть обслуживать».


- Один чиновник высокого ранга сказал мне: «Вы в любом случае будете выглядеть дураком. Если будете активно заниматься порученным делом – активным дураком. Если пассивно – пассивным дураком».


Но я уверен, что сейчас в России настал тот момент, что ситуацию можно изменить в лучшую сторону. И раз у меня есть такой шанс, им надо воспользоваться.


- Для достижения реальных результатов вам придётся затронуть интересы многих влиятельных людей. Не боитесь, что махина, против которой вы собрались воевать, вас самого и сомнёт?


- Не надо меня пугать. Лучше помогайте.


aif.ru


ОПРОС:
Как телевидение влияет на детей

Архив



Философская проза Ирины Лежава Причитание
Философская проза Ирины Лежава Так сказал Заратустра

 


Прыгающий мяч