Реклама

Новости

Александр Гезалов. Законное беззаконье в детдоме


Недавно в программе «Пусть говорят» были показаны кадры, где сотрудник детского дома издевался над воспитанниками учреждений, он заставлял детей сидеть в неестественной позе, делать так называемый «стульчик». Тех, кто уже не справлялся, бил ногами. И все это безобразие снималось на видеокамеры, установленные внутри детского учреждения. Видимо камеры устанавливают совсем для других целей - контроль за детьми, их передвижениями и тем, как они себя ведут. Почему сотрудник не боится камер? Очень просто, издевательство над детьми для некоторых воспитателей является своеобразной системой воспитания, нормой работы с подопечными.


Надо сказать, что, естественно, не везде вот так работают с детьми-сиротами, но ведь достаточно нескольких подобных случаев, чтобы в обществе начались разговоры о том, что во всех детских домах насилие и беспредел. Применение силы было и в советское время, но если это выявляли, в том числе и благодаря неравнодушию других сотрудников, «силовика» убирали из детского учреждения. Хотя лично я не знаю случаев, когда за насилие кто-либо был наказан по статье уголовного кодекса. Часто выгнанный сотрудник через некоторое время начинал работать в другом подобном учреждении.

Все это происходит еще и потому, что сами дети нередко уже не могут понять, где есть насилие, а где его нет. Находясь под издевательским прессингом некоторое время, дети банально привыкают к тому, что их колотят и над ними издеваются. Это уже и для них становится нормой. Обнаружить это сложно и стороннему наблюдателю, так как все это внутренний мир детского дома, закрытый для внешних людей.

Парадоксально, но установка камер никак не может что-нибудь изменить. Часто насилие начинается тогда, когда специалист исчерпал свои знания и умения в работе с детьми, в ход идут оскорбления и кулаки. Человек, потенциально готовый оскорбить или ударить воспитанника, попав в систему детского дома, будет это делать каждый раз, даже если на него будет направлено несколько камер, потому что в нем нет главного - любви. А в детские дома сотрудники попадают без какого бы то ни было отбора, просто потому, что туда берут всех, кто хочет, даже если не может работать с детьми.

В сердце и душу каждого сотрудника не установишь камеры наблюдения. Если сотрудник не умеет увлечь детей, найти с ними контакт и партнерские отношения, он будет пытаться достичь своих целей, издеваясь над ними. Надо ли ужесточать законы, чтобы в систему детского дома не приходили незрелые личности, или ставить другие организационные фильтры, вопрос. За ту заработную плату, что получают в детских домах в регионах, чаще всего никто не хочет работать, а значит, может прийти кто угодно. Это страшно, так как нанесенные страдания ребенку-сироте так и остаются в нем надолго, если не навсегда.

Возможно необходимо вносить насильников в черные списки, чтобы они не могли повторять свои беззаконные действия. Надо, наверное, просвещать детей-сирот, что если тебя ударили, можно найти защиту у государства, нужно лишь не побояться этого шага. Важно, чтобы ответы на все эти вопросы находили как можно скорее, чтобы меньше сирот в детских домах получали травмы от общения, финансируемого на наши с вами налоги, с людьми, которых к детям нельзя подпускать. Важно, чтобы насильник знал, что ему не дадут разгуляться. Ведь есть главная видеокамера - нравственность и закон.

Александр ГЕЗАЛОВ

 


sirotinka.ru


ОПРОС:
Как телевидение влияет на детей

Архив



Философская проза Ирины Лежава Причитание
Философская проза Ирины Лежава Так сказал Заратустра

 


Прыгающий мяч