Реклама

Публикации

Смертельное обвинение


Вчера заместитель Генерального прокурора РФ Николай Шепель, выступающий гособвинителем на процессе по делу участника захвата школы в Беслане Нурпаши Кулаева, потребовал для него смертной казни. Предложение прозвучало как гром, без преувеличений. Впервые за последние десять лет человеку на скамье подсудимых грозит расстрел.





Громкое заявление замгенпрокурора вновь вызвало бурную дискуссию о том, нужна ли в России смертная казнь. Дело не в самом Кулаеве. Бесланский процесс - тот редкий (и хорошо, что редкий!) случай, когда многие не стесняются называть подсудимого преступником еще до решения суда. Вина его не вызывает сомнений, и она ужасна. Но может ли его показательная казнь, которой требуют многие, и не только пострадавшие, остановить других террористов? Вот в чем вопрос.



- Гособвинение убеждено, что решение суда должно подействовать отрезвляюще на тех, кто хочет встать на путь терроризма, чтобы они были уверены, что их будущим станет безымянная могила, - подчеркнул вчера Николай Шепель. По мнению обвинения, вина Кулаева столь велика, что тянет на несколько пожизненных сроков (почти по каждой статье обвинения), а по совокупности получается пуля в лоб. Присутствующие в зале встретили слова обвинителя аплодисментами.



- Кулаева следует признать виновным по всем инкриминированным ему статьям: убийство и покушение на убийство, участие в банде, посягательство на жизнь военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов, по каждой из которых назначить наказание от 7 лет до пожизненного лишения свободы, а по обвинению в терроризме назначить смертную казнь, - заявил Николай Шепель. - Следствием собраны убедительные доказательства того, что Кулаев в составе бандгруппы участвовал в бандитском нападении, в захвате заложников, терроризме и убийствах. Религиозные и национальные составляющие в его действиях отсутствуют.



Напомним, в результате чудовищного теракта в бесланской школе номер один в сентябре 2004 года погиб 331 человек, в том числе 186 детей. По данным следствия, бандой нелюдей руководил некий Хучбаров по кличке "полковник", а он, в свою очередь, подчинялся Масхадову, Басаеву и Абу-Дзейту. Как заявил гособвинитель, Кулаев все это знал и отдавал отчет в своих действиях. Нормальная человеческая реакция - убить за такое! Но суд руководствуется не эмоциями, а законом.



Де-факто в России смертной казни нет. Ровно десять лет назад был объявлен мораторий на расстрелы. Правда, в законах смертная казнь пока осталась. И в последнее время все чаще стали раздаваться мнения: а не вернуть ли государству право уничтожать в исключительных случаях преступников по решению суда и следствия?



Правозащитники считают, что смертная казнь в России должна быть окончательно отменена в ближайшее время. Как заявила вчера председатель Совета при президенте РФ по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека Элла Памфилова: "Мы единственная страна из Совета Европы, которая не ратифицировала пункт об отмене смертной казни. Хотелось бы надеяться, что мы в ближайшее время это сделаем". Кстати, отмена смертной казни была одним из обязательств России при вступлении в Совет Европы. Поэтому вопрос не только в том, что лучше и безопасней для общества: расстреливать террористов или прятать пожизненно в тюрьмы, но и в том, хотим ли мы и дальше оставаться в Совете Европы.



Элла Памфилова не стала комментировать непосредственно просьбу гособвинения приговорить Нурпаши Кулаева к исключительной мере наказания - смертной казни. "Я не хочу комментировать процесс. Важно, чтобы судебное решение было абстрагировано от политической конъюнктуры", - сказала она, подчеркнув, что в России большинство населения выступает за смертную казнь. "Но я считаю, что иногда политическое руководство должно в чем-то идти и против мнения большинства по таким принципиальным вопросам. Применение смертной казни не решает проблему борьбы с терроризмом", - сказала Элла Памфилова. По ее словам, для этого необходим комплекс мер, в том числе профилактическая работа со стороны спецслужб.



В свою очередь Николай Шепель убежден, что применение самых жестких мер для прекращения волны террора - обязанность государства и общества. По его словам, закон во многих случаях допускает лишение жизни преступников, в частности при необходимой обороне. "Представляется, что применение самых жестких мер для прекращения волны террора, в том числе использование такого вида наказания, как смертная казнь, является обязанностью нашего общества, государства и его властных институтов, находящихся в состоянии необходимой обороны против терроризма, иных тяжких преступлений против человечества", - заявил он.



Комментируя свое требование, Шепель особо отметил, что отсутствие эффективных правовых средств в борьбе и адекватном реагировании на эти проявления все чаще толкает граждан на самосуд и иные противоправные деяния. "Свои собственные расследования нападений боевиков на Назрань, Грозный, Беслан, Нальчик ведут родственники всех пострадавших, и это реалии сегодняшнего дня, - добавил он. - Теракт в Беслане потряс своей бесчеловечностью, цинизмом граждан России и всего мира. В то же время сегодня организаторы и исполнители подобных кровавых деяний уверены в том, что сохранят свою жизнь. Принципы гуманизма требуют прежде всего защиту интересов всего общества".



Однако такую точку зрения не разделяют не только правозащитники, но и многие депутаты. Например, глава думского Комитета по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству Павел Крашенинников считает невозможным применение смертного приговора даже для Нурпаши Кулаева. "В рамках действующего правового поля, в условиях моратория на смертную казнь и соответствующего решения Конституционного суда, это недопустимо", - пояснил он. Никаких исключений из правил, по его словам, не допускается.




http://www.rg.ru/2006/02/10/kulaev.htm

ОПРОС:
Как телевидение влияет на детей

Архив



Философская проза Ирины Лежава Причитание
Философская проза Ирины Лежава Так сказал Заратустра

 


Прыгающий мяч